Археология.РУ   Открытая библиотека

Главная страница   |   Карта сайта

Археология.РУ - Новости археологии вКонтакте

Поиск на сайте:    

Сайту Археология.РУ - 14 лет: максимум информации - минимум излишеств! Сказать "Спасибо"

Присылайте пожалуйста свои материалы для публикации на мэйл info@archaeology.ru

Каспарова К.В. Отзыв о статье Л.Д. Поболя "Железный век Белоруссии" (по поводу рецензии А.Г. Митрофанова)

// Stratum plus. Культурная Антропология. Археология. №4 - 2000. (Время великих миграций). СПб - Кишинев - Одесса - Бухарест, 2001

Вы находитесь: Археология.PУ => Железный век => Публикации on-line
Или: Археология.PУ => Археологические культуры => Зарубинецкая
Или: Археология.PУ => Археологические культуры => Милоградская


Статья является попыткой опровергнуть критические замечания рецензента, расцененные как вымысел, искажение фактов и т.п. Утверждается, что "ни одно из критических замечаний не может быть принято", все "при проверке легко отводится". Рецензенту (и соответственно - редакции журнала) предъявлены весьма серьезные обвинения, притом в очень резкой форме.

Попробуем разобраться, имеются ли у Л.Д. Поболя основания для столь категоричных заявлений. Рецензия на книгу "Археологические памятники Белоруссии: железный век", Минск 1983 [Поболь 1983], действительно "разгроминская", но вполне корректная.

Л.Д. Поболь прав - замечания звучат как "истина в последней инстанции", ибо А.Г. Митрофанов в них уверен; они недостаточно аргументированы, что можно объяснить ограниченным объемом рецензии, но за этим стоят веские обоснования. Убедиться в них мне позволили проверка и сопоставление источников. Лишь некоторые замечания не удалось проверить по ссылкам на архивные документы. Обратимся к конкретным вопросам, прежде всего к тем, на которые Л.Д. Поболь дал ответы в своей статье.

Он утверждает, что у дер. Присно имеются три городища [Поболь 1983, №№116,117,119, с.236], опираясь на дневники А.Н. Лявданского и Д.В. Ковалени [1936]. Согласно другим авторам их два [Мельниковская 1967. - С.192; Древности…1962 с.25]. Также считает и А.Г. Митрофанов. Данные по Присно I и II в рецензированной книге и в [Поболь 1974] совпадают. О городище Присно III в книге 1974 г. написано, что в указанных дневниках отмечено третье городище, находящееся "восточнее деревни и оно хорошо видно с городища в урочище Горск" [1974 №323]. А в книге 1983 г. читаем: "Присно III, урочище Замостовье … стоянка каменного и селище железного веков" [1983 с.236, №118]. О Присно IV (его нет в книге 1974 г.) сказано то же самое [1983 №119]. А.Н. Лявданский и Д.В. Коваленя отмечают, что третье городище находится юго-восточнее деревни [1936]. Оказывается, что "третье" городище в Присно совпадает с городищем у дер. Шерстин, расположенной рядом [Мельниковская 1967 №№135,190; Поликарпович 1928 с.190-191]. Но у Л.Д. Поболя есть и городище Шерстин [1983 №151; 1974 №333]: его описание соответствует тому, что говорится о городище Присно III [1974 №323; 1983 №119]. Поэтому и приведены планы только трех городищ у дер. Присно и Шерстин: Присно I, II и Шерстин [1974 рис.63,64,67]. По привязке городищ у Л.Д. Поболя разночтения с авторами, на которых он ссылается: по О.Н. Мельниковской - два городища у Присно и одно у дер. Шерстин; по К.М. Поликарповичу - одно у Присно и два в Шерстине [1928 №№56-57]. Все это в новом своде памятников Л.Д. Поболь был обязан скорректировать.

В ответ на замечание рецензента об отсутствии второго Чечерского городища [Поболь 1983 №921, с.300] Л.Д. Поболь не смог привести убедительных данных о его существовании. В действительности, А. Ганжин [1927], на которого ссылается Л.Д. Поболь, нигде не пишет, будто он обнаружил второе городище, а лишь упоминает об "остатках земляных укреплений бывшего когда-то замка". Речь может идти о городище позднего средневековья. Примечательно, что никто из старых археологов (С.А. Дубинский, А.Н. Лявданский) не упоминают о втором городище в Чечерске. Статья же А. Ганжина - популярный рассказ обо всех достопримечательностях Чечерска. Возможно, дело здесь в том, что Л.Д. Поболь в своде учитывает все городища, а не только железного века, часто вводя читателя в заблуждение. А.Г. Митрофанов же имеет в виду только городища по теме свода, в чем он, конечно, прав. Ссылки Л.Д. Поболя по рассматриваемому памятнику противоречивы. Чечерск II соответствует [Мельниковская 1967, №186] - но у нее это Ипполитовка, поселение в ур. Захарпольский Луг "(уничтоженное городище?)". По [Древности… 1962, №8, с.25] - это тоже селище, к северу от Захарполя. В обеих работах указывается еще Малыничское городище за пределами Чечерска, не учтенное у Л.Д. Поболя. Здесь следовало бы сопоставить информацию из разных источников, прежде чем ссылаться на все подряд.

Л.Д. Поболь помещает городище Жаробная I [1983 №180, с.241], ссылаясь на [Поликарпович 1928 №85]. Подтверждая замечание А.Г. Митрофанова о том, что здесь нет городища, добавлю следующее: под №85 у К.М. Поликарповича описаны памятники на левом берегу р. Сож у с. Скиток, а не Жаробная, которая соответствует селищу в ур. Глушец. При описании подъемного материала, среди которого два черепка "культуры городищ", К.М. Поликарпович упоминает: "между прочим, городище находится в 3/4 км. на запад около церкви, на берегу Сожа" [Поликарпович 1928 №82, с.218,219] . Дана ссылка на Е.Р. романова [1908; 1910], у которого упоминается городок в с. Скиток, где был основан Терешковский монастырь на вершине доисторического городища. Но у Л.Д. Поболя тоже есть скиток, ур. Монастырь [1983 №216, с.243], с данными по Е.Р. романову и ссылкой на К.М. Поликарповича. Оказывается, что одно городище скиток у Л.Д. Поболя фигурирует дважды [1983 №№180,216], и сведения первоисточника искажены.

Закономерно и справедливо указание А. Г. Митрофанова о необходимости проверки сомнительных сведений в работах предшественников, в том числе и Е.Р. романова, что отнюдь не умаляет достоинств последнего. Что касается пунктов, упомянутых А.Г. Митрофановым и проверенных мною по Е.Р. романову [1910], действительно, включать их в свод только по этой информации бессмысленно.

Ответ на замечание о Логойске неудовлетворителен и уводит в сторону от выяснения истины: в рецензии идет речь не о [Поболь 1983 №216 с.363]. Этому городищу феодального периода вообще не место в своде железного века, а фибула из бывшей коллекции Тышкевичей совсем не обязательно происходит из данного пункта. Недостаточное основание и "несколько обломков лепных сосудов" [Поболь 1974 с.331], а замечание относится к [Поболь 1983 №214] - городище в ур. Паненкова Гора, находящееся в центре Логойска, а не "в 1 км восточное города", как у Л.Д. Поболя.

Отводя замечание об искажении сведений о Черноручье [Поболь 1983, №372, с.161], Л.Д. Поболь неточно привел "данные о незнании первоисточников рецензентом" [статья, с.8]. Все, на кого ссылается Л.Д. Поболь (А.Н. Лявданский, К.М. Поликарпович, Л.В. Алексеев, Г.В. Штыхов) пишут о расположении городища так, как указал в рецензии А.Г. Митрофанов.

Замечание о [Поболь 1983 №№337,345, с.137] Л.Д. Поболь не понял, видимо, из-за ошибки в тексте рецензии [Митрофанов, с.290-291], где под №345 написано "Городенец" вместо "Городец II". А.Г. Митрофанов, скорее всего, сам допустил эту неточность, но, конечно, он имел ввиду, что Азяруты и Городец II - одно и то же городище, а не №343 - Городенец, как пишет Л.Д. Поболь в ответе. Относительно №343 нет сомнений, а совпадаемость сведений о №№337 и 345 внушает подозрение. Л.В. Алексеев и Г.В. Штыхов указывают одно городище на оз. Азяруты. А.Н. Лявданский и К.М. Поликарпович - одно на озере, второе - у д. Городец, но у них нет еще одного Городца, как у Л.Д. Поболя - №344. Локализация последнего неясна, сельский совет не указан. Связь памятников Городец I и II непонятна, поскольку, если Городец I находится в 15 км. к юго-востоку от Лепеля, то он не может иметь отношение к Городцу II, расположенному на берегу оз. Азяруты, в 10-12 км. к северо-западу от Лепеля. Неудачна, конечно, и привязка к несуществующим ныне населенным пунктам, что справедливо замечено рецензентом. Приходится признать правильной критику А.Г. Митрофанова по поводу недостаточно точной привязки многих памятников, а ответ Л.Д. Поболя неудовлетворительным.

На замечание о Жвирина [Поболь 1983 №37, с. 126] Л.Д. Поболь утверждает, что к его краткой информации подробным дополнением могут служить работы Х. и В. Голубовичей [Holubowiczowie 1940] и К.П. Шута. У Х. и В. Голубовичей дана карта с пунктами без их названий. Ни одно из городищ, описываемых Л.Д. Поболем, не упомянуто у К.П. Шута: в статье ротапринтного издания есть маленькая карта, где мелким шрифтом помещены названия памятников, 50% которых не читаются, больше нигде не упомянутых, о подробной локализации нет и речи. Местоположение памятника можно было уточнить по Ф.В. Покровскому [1899, Приложение, с.30], где указано, что в 1/2 версты на юг от дер. Жвирина находится высокая с плоской вершиной гора с признаками культурного слоя.

По поводу Кобринский у., урочище Замок [Поболь 1983 №153, с.107], где по сведениям Археологической Комиссии имеется городище, следует добавить, что кроме фактически отсутствующей привязки памятника, скудная информация о нем в единственном источнике еще и оборвана, можно сказать, на самом интересном месте: "Главным управлением уделов здесь произведены раскопки", цитирует Л.Д. Поболь [OAK 1903], и ставит точку. А там еще написано: "причем ничего не обнаружено". Это как раз та самая "форма недозволенного цитирования", которую Л.Д. Поболь старается приписать рецензенту! Памятник оказывается сомнительным, каких в своде очень много.

Пытается Л.Д. Поболь отвести замечание о локализации городища в Смородске [№286, с. 118], ссылаясь на подробную информацию в приведенной литературе. Однако это не так. Ни в [Slownik 1889], ни у В.П. Семенова [1905], где дан дословный перевод из первоисточника, о городище на берегу р. Горыни нет никаких данных. Там идет речь о с. Смородске, его местоположении, о церкви и т.д. Затем сказано: "с. Смородск - древнее поселение, имеющее в окрестностях городища, окопы, курганы". Какой конкретно памятник имеет в виду Л.Д. Поболь, остается неясным.

Заявление Л.Д. Поболя [статья, с.10], что все выводы о 3685 памятниках "строго обоснованы документально", не соответствует действительности. Несмотря на большой список литературы, очень часто приведены ссылки на работы, где использована одна и та же информация. Например, ссылки на Г.В. Штыхова, Л.В. Алексеева, К.П. Шута, Х. и В. Голубовичей, которые сами ссылаются друг на друга, и все восходит к Ф.В. Покровскому [1893], на которого Л.Д. Поболь тоже дает ссылку. Причем ни у одного из авторов нет сведений дополнительно к Ф.В. Покровскому. И оказывается, что памятник никем не проверялся с 1893 г.!

Часто эти данные не позволяют бесспорно признать памятник археологическим, и вот кочуют эти "валы" и "насыпи" из книги в книгу. В своде Л.Д. Поболя таких "памятников" действительно слишком много. Он полагает, что на ряде примеров, рассмотренных нами выше, сумел показать "научную несостоятельность" замечаний А.Г. Митрофанова, и утверждает, что это в равной степени относится ко всем замечаниям на с.290, и также, не обсуждая, отвергает все остальные на с.289,291.

По замечаниям рецензента мною проверены почти все ссылки автора и многие ссылки тех, на кого он ссылается. Это позволило убедиться в обоснованности утверждений А.Г. Митрофанова об отсутствии городища в Луговцах [Поболь 1983 №94, с.132]. Л.Д. Поболь ссылается на Л.В. Алексеева [1959], который на свою карту этот пункт не помещает, дает данные в примечании, ссылаясь на [Сведения 1873], откуда явствует, что насыпной вал у дер. Луговцы по форме и по находкам (старинные монеты, пуговицы, подковы, пули) не внушает уверенности в его принадлежности к археологическим памятникам, тем более - железного века.

Все приведенные ссылки о пункте Фортуна [Поболь 1983 №109, с.133], сводятся к [Сведения 1873], где сказано о земляной насыпи. У Л.В. Алексеева [1959] на карте пункта нет. Г.В. Штыхов [1971] ссылается еще на К.П. Шута, где Фортуна только на карте в числе "обследованных поверхностно". Таким образом, новых данных ни у кого нет.

Все ссылки о Латыголь [1983 №32, с.132] сходятся к В. Глаценку [1930], который действительно упоминает о "городке" с валом и рвами, где никогда не производились раскопки. Л.В. Алексеев относит его к городищам без культурного слоя. В.И. Шадыро городища там не обнаружил. Это не археологический памятник.

Стрелки [№103, с.133]: Л.Д. Поболь ссылается на В. Глаценка [1930], который городище не упоминает, кроме надписи на карте "в Стрелки", т.е. в населенный пункт.

Сомнителен и памятник Верхнее [Поболь 1983 №160, с.139], со ссылкой на [Покровский 1893], сообщающего о "насыпном вале длиной 50 и высотой ? саженей, по краям вала ров, при концах - болото".

По поводу Тумиловичей [№302 с.154], Л.Д. Поболь пишет: "предположительно" городище, ссылаясь на Г.В. Штыхова [1971], опирающегося на "непроверенные сведения Витебского музея". Аналогичные данные о Докшицах [№281, с.152], но здесь уже нет "предположительно".

По Отруб [№№298 и 299, с.154], даны ссылки на Г.В. Штыхова [1971], а у него на [Опросный лист]. Л.Д. Поболь указывает, что А.Г. Митрофанов памятники не обнаружил, но все-таки включает их в свод, не проверив старые данные.

Помещая городище Селище-Латыголь [Поболь 1983 №117, с.356], Л.Д. Поболь попросту искажает информацию источника: в работе А. Сапунова и В. Друцкого-Любецкого [1896] нет ничего о городище, а идет речь о следах старинного кладбища - могильных холмах около с. Латыголь и кургане Лысая Гора при дер. Селище.

Неубедительны данные о наличии городища Мостище в ур. Солдатова могила [Поболь 1983 №50, с. 128]. Ссылки восходят к [Покровский 1893], где сказано, что гор. "Солдатова" возле Мостища и " старые могилки" - может быть "стародавний могильник". О городище нет ни слова. Г.В. Штыхов указывает, что там нет культурного слоя, но Л.Д. Поболь об этом не упоминает.

Существование городища в Укольске [№71, с. 130], основано на ненадежных данных К.П. Шута (только название на карте) и на "непроверенных сведениях Витебского музея", как сообщает Г.В. Штыхов.

Замечание о том, что Опса и Плюссы [№№53 и 54, с.128] - природные образования, не вызывают сомнений. Все ссылки по Опсе основаны на работах Ф.В. Покровского, в одной из которых [1899, с.31] сказано, что у дер. на оз. Опса имеется "возвышенность под названием "Черной Горы". Остальные ссылки касаются курганов. Недавние обследования Л.В. Дучиц подтвердили, что это природные образования.

О пунктах Волково, Дворчаны, каменцы, Козлы, Щеберы [Поболь 1983 №№386,388,393,395,414, с.162, 165], вся информация восходит к [Покровский 1893, с.2-3], где говорится, что по сведениям местного учителя в окрестностях м. Леонполь (около названных выше деревень и хуторов) находятся валы, а в одном из них находили разного рода оружие. Ссылки на других авторов дополнительной информации не дают, наоборот, есть расхождение с Г.В. Штыховым по №№386,393,395,414. Он отмечает там только курганы [1971 с.61, №437], опираясь на ту же работу Ф.В. Покровского. Не вполне ясно, почему у Л.Д. Поболя городища в Козлах и Щеберах помечены " предположительно", хотя информация основана на тех же источниках, что и по другим пунктам.

Относительно №388 указано, что А.Г. Митрофанов "памятника не выявил". То же самое касается Перебродья [№403, с.163]. По Ф.В. Покровскому [1893 с.2-3] известна насыпь около 10 саженей в окружности, в которой "много находок брусков для острения кос", а в [Сапунов, Друцкий-Любецкий 1896] данные повторены.

Учитывая все изложенное, а также негативные результаты обследования памятников А.Г. Митрофановым, известные ранее Л.Д. Поболю, думаю, что требовалась дополнительная проверка ненадежных и кое в чем путанных литературных источников прежде, чем включать памятники в свод.

Не бесспорны и данные о существовании городища Девгуны-Хомичи [№389, с.162], со ссылкой на Г.В. Штыхова, опирающегося только на карту Х. и В. Голубовичей без названий памятников.

Неубедителен ответ Л.Д. Поболя о Небышино-Далеком [№290, с.153]. Если он пришел к выводу о существовании там городища, изучая [Опросный лист], незачем было ссылаться на Г.В. Штыхова, который в том же урочище помещает только могильник, причем тоже по данным "Опросного листа". Неудачна ссылка на [Митрофанов 1971] - эта работа не числится в библиографическом списке, и по ее данным в 0,5 км. от Небышино в ур. Городище расположены курганы. Название урочища еще ни о чем не говорит, особенно при изучении топографии местности лишь по "Опросному листу".

Под названием Домашковичи [№282, с.153] помещены три городища недалеко от деревни Осово с указанием, что А.Г. Митрофанов памятники не обнаружил. Не доверяя ему, Л.Д. Поболь пользуется сведениями [Описание церквей 1879, с.311], где указываются в окрестностях деревни Осово курганы с окопами вокруг, называемые "дворцом", "городком"; между Горелой и Дедиловичами - курганы, именуемые "городцами" и "старым селом". Никаких данных, удостоверяющих их принадлежность к памятникам раннего железного века, нет. Возможно, некоторые из них совпадают с настоящими городищами, расположенными поблизости, но привязанными исследователями к другим пунктам: в 2-х км. - у Дедилович ("Замковая гора"), и в 6-7 км. - у Васильковки, о чем и пишет А.Г. Митрофанов [с.290], проводивший там многолетние раскопки. Л.Д. Поболь учел эти городища [1983 №№56,195, с.351,362], но включил и старые сведения. В результате вместо двух городищ - пять!

Убедительно замечание о том, что Новый Погост и Пилаты [Поболь 1983 №№401,702, с.163,196] - одно и то же городище. Следует внимательно прочитать информацию Ф.В. Покровского, где говорится, что по сведениям местного священника городище - в 3-х верстах от церкви деревни Новый Погост, а по сведениям местного учителя "может быть то же городище - при деревне Пилат" [1893, с.11-12]. Г.В. Штыхов это учел, сделав соответствующее замечание. У него есть Новый Погост [1971 №440, с.61], но нет городища Пилат. Я.Г. Зверуго и Л.В. Дучиц городище привязывают к дер. Пилат, но у них нет Нового Погоста. Л.Д. Поболь свой список старается увеличить - у него и то, и другое, а сопоставить данные он не счел нужным.

Отводя замечание об отсутствии городища у Бегомля [№268, с.151], Л.Д. Поболь предлагает рецензенту "познакомиться с первоисточниками", а ими являются "непроверенные сведения Витебского музея, 1969 г." (на них ссылается Г.В. Штыхов [1971], на которого дает ссылку Л.Д. Поболь; ссылка на [Опросный лист] касается курганов). Считаю, что данные обследования А.Г. Митрофанова надежнее.

На каких основаниях у дер. Белевичи помещено городище [1983 №394, с.379], осталось неясным - ссылок на источники нет, а по данным рецензента, проводившего разведки в этих местах, в ур. Церковище - болото.

Источником о городищах Сороги, Крайцы, Колосовичи [1983 №№414,415, 70,354, с.381,352,158] служит только [Опросный лист], т.е. данные по состоянию памятников на 1924 г., причем в основном собранные непрофессионалами. Сомнительна и принадлежность таких памятников именно к железному веку. Многие из них к настоящему времени уже не сохранились (как №№414,415 - по обследованию А.А. Егорейченко [1979]; или определены как природное образование (№354), о чем Л.Д. Поболю уже было известно [1983 с.159], поэтому сведения обязательно нуждались в проверке.

Думается, что некоторых замечаний рецензента можно было бы избежать, если бы Л.Д. Поболь ввел в Свод рубрику "сомнительных" памятников: городищ, не сохранившихся до настоящего времени, известных только по литературе XIX в., по ненадежным данным. Но, поскольку все-таки в некоторых случаях на этот счет встречаются оговорки, предполагается, что все остальные - бесспорны. Проверка же показывает, что это далеко не так.

В этой связи появились в рецензии и неправильные замечания: по поводу Голубичей [Поболь 1983 №162, с.139], где Л.Д. Поболь не утверждает, что нет древнего поселения, как считает А.Г. Митрофанов [с.290]. Памятник ведь внесен в список согласно ссылкам, при оговорке, что проверка М.А. Ткачевым в 1973 г. не подтвердила данные. То же самое касается Высокого Городца [№621, с.187], где есть указание, что городище уничтожено.

Значительная часть замечаний касается памятников, занесенных в список под двумя разными названиями, за счет чего их количество преувеличено. Выше уже говорилось о тех, которые Л.Д. Поболь попытался "защитить" в рассматриваемой статье. Замечания по остальным сорока пунктам он просто отвел как "бездоказательные утверждения" и "вымыслы" А.Г. Митрофанова. Однако проверка источников, результаты которой привожу ниже, подтвердили, что указанные рецензентом памятники у Л.Д. Поболя фиктивные.

Под №№26,40 [1983 с.125,127] числятся два городища - Бужа и Зазоны, в действительности - одно у дер. Зазоны, ур. Замок. Исследования [Алексеев 1955] подкрепили старые сведения Ф.В. Покровского: по его данным на оз. Бужа городища нет. Обследование Л.В. Дучиц [1981 с.164] подтвердило наличие городища у дер. Зазоны.

Два городища вместо одного, Литовщина и Татаровщина [1983 №№45,66, с.127,129] возникли потому, что Л.Д. Поболь не сопоставил данные из [Дучиц 1977], привязавшей городище Татарская Гора к существующей ныне дер. Литовщина (хут. Татаровщина теперь нет) с прежними сведениями Ф.В. Покровского, Л.В. Алексеева, Г.В. Штыхова и др., по которым городище числилось за этим хутором.

А вот каким образом в своде получилось пять городищ вместо трех на оз. Укля: в Загорье-Укля [1983 №39, с.126] указаны три городища в ур. Тариловка, Козинец и Лыско, а также курганный могильник. В Укле [1983 №№69,70, с.129] - два городища с привязкой к дер. Укля и г. Браславу, в ур. Тариловка и Козинец отмечены и курганы. Для всех пунктов даны ссылки на один и тот же пункт [Штыхов 1971 №65]; а также на Ф.В. Покровского - в одном случае на [1895] (этой работы нет в библиографии), в другом - на [1893], а также на [Сапунов, Друцкий-Любецкий 1896]. Во всех источниках речь идет об одних и тех же городищах на берегу оз. Укля и о загорских курганах. Вероятно, когда Л.Д. Поболь писал с.129, он уже забыл, что написал на с.126.

Действительно дважды указана курганная группа Бельмонты I и II [1983 №№21,22, с.125], но дело не только в этом. Неточности в ссылках и привязках совершенно запутывают читателя. У Ф.В. Покровского [1895] описываются несколько могильников, в том числе Бельмонтские, Рацкие и Богинские курганы. У Л.Д. Поболя под №21 Бельмонты I - это "Рацкие курганы", "в 5 км. от Браслава". По Ф.В. Покровскому [1895 с.181-184], они находятся на северо-западном берегу оз. Дривято, между дер. Машули и Шалтени, а бывшее имение Бельмонт - на противоположном берегу озера. Ссылка на [Штыхов 1971 №28, с.32] не подходит - у него это 76 курганов вблизи бывшего имения Бельмонт со ссылкой на Ф.В. Покровского [1895 с.181-184], где описаны "Бельмонтские курганы". По №22 Бельмонты II Л.Д. Поболь ссылается на [Покровский 1895 с.212-214], на которых описаны "Богинские курганы" (по Л.Д. Поболю они соответствуют №23). Здесь же дана ссылка на [Гуревич 1958 с.55, №5], но Ф.Д. Гуревич ссылается на [Покровский 1895 с.181-184], то есть на Бельмонтские курганы.

Так какая же группа курганов подразумевается под №22? Ведь никакой привязки памятника не дано. Но это еще не все! Есть продолжение "бельмонтской" путанице: Машули [1983 №48 с. 128], где говорится о 20 курганах, раскопанных Ф.В. Покровским со ссылкой на [Покровский 1895, с. 55, №1], а там, конечно, нет ничего подобного. Затем - ссылка на [Гуревич 1958 с.55,60-64, №1], которая опирается на [Покровский 1895 с. 185-197], где описаны Рацкие курганы. Однако у Л.Д. Поболя это уже было - под №21 Бельмонты I (?!). И в [Штыхов 1971 №46] речь идет о курганах в Рацком бору. Итак, дважды числится один памятник - Рацкие курганы [1983 №№21,48]. Непонятно, какую группу курганов обозначает №22 (должно быть - Бельмонтскую, иначе они куда-то исчезли). А все было так просто и понятно - и у Ф.Д. Гуревич, и у Г.В. Штыхова, не говоря уж об Ф.В. Покровском ...

Дважды фигурирует одна курганная группа под двумя названиями - Опса и Заборники [1983 №№53,38, с. 128,126]. Известная Опсовская группа [Покровский 1895, с.197-202] оказалась дублированной благодаря ссылке на ошибочную привязку ее к дер. Заборники М.М. Чернявским, на которого ссылается Л.Д. Поболь под №38. Однако на соседней странице он помещает курганный могильник Браслав II [1983 с.125 №25], расположенный в местности Заборные Гумна по Ф.В. Покровскому (Браславские курганы) [1895, с.176-180].

Городище Глубокое на левом берегу р. Аржаницы, на земле крестьян дер. Шарабай [№161, с. 139] со ссылкой [Покровский 1893, с. 9] дублировано городищем Шарабан со ссылкой на Г.В. Штыхова [1983 №187, с. 142], который ссылается на те же данные Ф.В. Покровского. "Глубокого" у Г.В. Штыхова не числится. Несомненно, речь идет об одном и том же городище. Это подтверждается обследованиями [Дучиц 1981].

Березки-Осиновик и Новоселки-Витуничи числятся как два городища [1983 №№270,292, с.151,153], на самом деле есть одно - городище Замок, расположенное между дер. Осиновик и Новоселки, привязанное к дер. Осиновик по отчету [Митрофанов 1971а], а в [Опросный лист] оно же значится по дер. Новоселки.

Это подтверждается сравнением памятников с данными [Штыхов 1971]. Новоселки-Витуничи (№321), городище в 0,5 км от Новоселок, соответствует, как он указывает, городищу Осиновик №323, со ссылками на [Опросный лист] и [Штыхов 1967]. У Л.Д. Поболя по городищу Березки-Осиновик [1983 №270, с.151] дана ссылка [Штыхов 1971 №294], где действительно помещено городище Березки, но по всем данным оно соответствует [Поболь 1983 №278]. В тоже время у Г.В. Штыхова памятник под таким названием не числится. А.Г. Митрофанов и Г.В. Штыхов вели исследования в этих местах и их сведения не вызывают сомнений, особенно в сравнении с непрофессиональной информацией в старых документах и изданиях.

Безусловно, одной курганной группой являются Кублищино и Махировка [1983 №№396а, 400, с.163]. В обоих пунктах указано по 62 кургана, в одном ссылкой на [Дучиц 1982], в другом на ее же отчет [Дучиц 1977]. Снова сталкиваемся с небрежностью в ссылках, они затрудняют и проверку. Выясняется, что ссылка [Дучиц 1982, с.103-110] (по библиографическому списку - автореферат!) на самом деле относится к отсутствующей в списке работе [Дучиц 1982а, с. 103], где сказано: "В литературе курганная группа с привязкой к дер. Махировка впервые упоминается Ф.В. Покровским [1893, с.3]". Но поскольку сейчас нет дер. Махировка, Л.В. Дучиц привязала группу к Кублищино. Л.Д. Поболь вставил №396а дополнительно, после появления статьи Л.В. Дучиц, не пожелав сопоставить сведения, публикуемые им на одной и той же странице. Кроме того, это курганы Х-ХII вв., не относящиеся к теме свода.

Подтверждается замечание о том, что Клебань и Обольцы [№№632,630а, с.188] - один памятник, причем сведения Л.Д. Поболя расходятся с данными Г.В. Штыхова, на которого он ссылается. У последнего Обольцы - предполагаемый город XIV в. Обольче, а не Клебань, как пишет Л.Д. Поболь. Ссылка на предположение О.М. Левко без аргументации и библиографических данных не проясняет ситуацию. Кроме того, этот памятник не относится к раннему железному веку.

Городище Безводное [1983 №98, с.354], согласно отчету [Митрофанов 1967], на который ссылается Л.Д. Поболь, тот же самый памятник, что и [1983 №108]: по Ф.В. Покровскому последний привязан к дер. Ковали. Так же называет его и Г.В. Штыхов [1971 №128, с.170], не включая пункт Безводное.

Дважды, под названиями Губы-Геленово и Куренец [1983 №№104,111, с.355,356], значится городище Замковая Гора, расположенное в 1,3 км. от дер. Геленово. Согласно Ф.В. Покровскому [1893 с.29-30], оно находится в 4-х верстах от Куренца, а не в 8-9 км., как пишет Л.Д. Поболь, и совпадает с городищем в Губской Пуще, исследованном А. Киркором. Замечание Ф.В. Покровского о совпадении памятников подтверждено обследованиями Г.А. Кохановского в 1978 г. Замковой Горы. У Г.В. Штыхова [1971 с.170] это городище числится только по дер. Куренец.

У дер. Речки помещены два городища [1983 №№116,116, с.356], между тем одно из них - Замок, очень позднего характера, о чем можно судить, внимательно читая Ф.В. Покровского, и, особенно, примечание, где сказано, что А. Киркор обнаружил сводчатую галерею и вал, обложенный тесаными камнями [1893 с.28]. По обследованию А.Г. Митрофанова там теперь сохранились лишь следы памятника XVII века.

Городище Калдыки [1983 №128, с.357] расположено в ур. Жидова Гора, согласно отчету [Митрофанов 1967], на который ссылается Л.Д. Поболь. Скорее всего, это одно городище с [1983 №132, с.357] в ур. Еврейская Гора, о котором у Л.Д. Поболя сведения получены от некого Б.П. Власова (без литературы).

Городища у дер. Боровые, Кривичи, Неверы [1983 №№310,327,335, с.371,374] на самом деле один памятник - у дер. Боровые. По Ф.В. Покровскому [1983 с.22], речь идет о городище четырехугольной формы на берегу р. Сервич около Кривич и Неверы. Судя по находкам (оружейные стволы, ядра и пр.), а главное - по разведке 1966 г., здесь "следов древних поселений не выявлено" [Штыхов 1971, с.195, №450].

Замечание А.Г. Митрофанова о том, что городище Некасецк повторяется под именем Новоселки [1983 №№336,341, с.375], мне представляется правильным, ибо он вел раскопки в Некасецке, обследовал окружающие места и вряд ли пропустил бы еще одно городище в 1,5-2 км. у Новоселок. Об этом памятнике (№336) и идет речь у Ф.В. Покровского [1893, с.34], указывающего на Черную Гору в 1,5 верстах от Новоселок. Там же и в [Сапунов 1893] упоминается городище в виде конусообразных насыпей, при раскопках одной из которых "не было ничего найдено". Эти сведения использованы Л.Д. Поболем, но без учета указанных оговорок. Надо, однако, отметить, что Г.В. Штыхов, кроме Некасецкого городища, указывает городище и курганы в Новоселках [1971 №462, с.196], ссылаясь на Ф.В. Покровского, "Сведения Минского краеведческого музея" и Ф.Д. Гуревич, у которой есть Некасецкое городище, а в Новоселках - только курганы.

В справедливости замечания рецензента трудно усомниться, увидев, как дважды описано городище в центре д. Дягили под разными номерами и названиями [Поболь 1983 №№320,317, с.372].

Бесспорно является одним памятником Ивань, городище в ур. Окоп и Селище, и городище на берегу ручья, правого притока р. Лахнеи [1983 №№403,411, с.380]. Это явствует из сравнения ссылок, приведенных автором: у С.А. Дубинского говорится, что Селищанское городище близко от совхоза Ивань, а в [Описании церквей] описана местность Ивань "при реке Локнее", и указано, что древний Окоп ("замочек"), обнесенный валом, находится у малого ручейка. А.Н. Лявданский и К.М. Поликарпович пишут о городище Селище, но не упоминают городище Ивань; в списке О.Н. Мельниковской [1967] тоже только Селище, между тем именно на них ссылается Л.Д. Поболь то пункту Ивань!

Таким образом, проверка показывает, что все замечания А.Г. Митрофанова совсем не "небылицы" и не "ненаучные приемы критики", как определяет их автор статьи, а вполне объективное выявление фактических ошибок. Как указывает рецензент, список последних можно продолжить. В подтверждение приведу лишь несколько пунктов (их много больше), правомерность внесения которых в свод вызывает сомнение. Судя по описанию, автору они неясны, ссылками не обеспечены, или последние ненадежны. Это [1983 №203, с.111; №272, с.117; №125, с.135; №508, с.176; №550, с.270; №676, с.279; №948, с.347], и т.д. Среди 42-х памятников Оршанского района только 10 относятся к железному веку (9 из них были в своде [Поболь1974]), а 20 памятников есть в своде [Штыхов 1971]; то же и по другим районам и областям.

Статистические данные выглядят очень внушительно, например, городищ железного века 1726, а при распределении их по культурам получается следующее. Милоградская культура - 141, культура штрихованной керамики - 202, днепродвинская - 88, ранний этап зарубинецкой культуры - 142, поздний - 10, культуры пражского типа - 135, эпоха Древней Руси - 222. В результате сложения оказывается, что их 940, а у 786 культурная принадлежность неясна. Не слишком ли много? Ведь свод частями издавался автором раньше, в нем широко использованы списки к археологическим картам других авторов. Это подтверждает критику А.Г. Митрофанова [с.289].

Не лучшим образом обстоит дело со статистикой и по конкретным культурам. Например: городищ милоградской культуры 141, зарубинецкой культуры - 142, но фактически это одни и те же памятники (их 110); на табл.2 в подавляющем большинстве они значатся как милоградские, а на табл.7 - как зарубинецкие. Фактические цифры по каждой категории памятников значительно меньше указанных в таблицах.

Среди 786 непонятных городищ значительная часть вообще не относится к археологическим памятникам, о чем говорит рецензент [с.289]. У Л.Д. Поболя, по-моему, превратное представление о назначении свода памятников железного века, судя по тому, что он пишет на с.9 статьи. Оказывается, он "ставил перед собой задачу мобилизовать общественность на спасение всего того, что еще сохранилось в различных уголках Белоруссии". Все это справедливо для соответствующей литературы, но вряд ли "общественность" будет читать именно эту книгу. Автор слишком прямолинейно толкует и слова А.А. Формозова, цитируемые на с.7 статьи. Извлечение сведений об исчезнувших археологических памятниках из архивных документов и старых изданий следует производить корректно и тщательно, и не доводить эту работу до абсурда. Памятники, не относящиеся к теме свода, попали туда не по недоразумению, как пишет рецензент [с.289]. Л.Д. Поболь полагает, что это поможет решению вопросов взаимосвязи древностей Руси с культурами предшествующими и проблемы славянского этногенеза [1983 с.6,56]. Однако все ограничивается лишь подобными декларативными утверждениями.

Ими пронизана вся первая часть книги, названная "Анализ археологических памятников железного века" [1983, с.8-93]. В действительности это краткий, но неравномерный обзор археологических культур. Заслуживает внимания, пожалуй, лишь систематизация фрагментов милоградской керамики [1983, с.12-16]. Замечание А.Г. Митрофанова об отсутствии аргументации по хронологии милоградской культуры вполне закономерно. В то время как у О.Н. Мельниковской [1967] приведены обоснования всех возможных датировок, Л.Д. Поболь априорно удревняет даты, не сочтя нужным вступать в дискуссию. Вся хронология уместилась на полстраницы [1983 с.12]. Только в статье упоминается о дате Лебедовского типа по О.Н. Мельниковской. Действительно, сейчас есть данные, позволяющие несколько снизить и время возникновения милоградской культуры, и время ее конца, уточнив датировки определенных групп вещей, появившихся в результате контактов. Однако требуется их анализ, система доказательств, а не общие слова. Предположение О.Н. Мельниковской [1967. - С.19-22] о происхождении милоградской культуры на местной подоснове можно развить, но Л.Д. Поболь по этому поводу даже не ссылается на нее. А для выделения ранней догородищенской милоградской культуры эпохи бронзы [1983, с. 10] еще слишком мало данных.

Рассуждая о взаимоотношениях племен милоградской культуры и культуры штрихованной керамики, автор допустил весьма неудачные сравнения [1983 с.16], а рецензент мягко указал на неточность. Следует не А.Г. Митрофанова упрекать в искажении смысла, а автора - в плохом изложении своих мыслей. Кстати, по этой проблеме Л.Д. Поболь мог бы указать и новые точки зрения, например А.А. Егорейченко [1982], выделившего среднебелорусский вариант милоградской культуры вместо восточнобелорусского варианта культуры штрихованной керамики.

Нельзя согласиться с аргументами Л.Д. Поболя, касающимися определения северной границы зарубинецкой культуры, и его возражениями рецензенту. Во-первых, последний в своей монографии сравнивает копье и дротик из Аздятичей, Лабенщины и др. именно с зарубинецкими, но совершенно правильно указывает, что подобные формы характерны для многих культур эпохи среднего латена [Митрофанов 1978 с.37,38]. Равно как и "позднелатенская" фибула из Малышек - широко распространенный общеевропейский тип. Обломки подлощенной керамики еще недостаточное обоснование для маркировки границ зарубинецкой культуры. Проверка пунктов, по которым проведена северная граница милоградской культуры на карте [статья рис.1] показывает, что к ней относятся только №№67 и 69. - №350 - сомнителен; культурная принадлежность остальных аннотированных неизвестна (№№327,226,41,698,632,450), или они средневековые (№№334,458,418); большинство пунктов - без номеров. Также ненадежно проведены восточная и западная границы. Полностью поддерживаю все остальные замечания рецензента, касающиеся карт. Объяснения в статье [с.15,16] их не снимают, а лишь вызывают недоумение. Нанесение на одну карту памятников всех культур не поможет установить их взаимосвязь - без разработки и анализа источников обойтись не удастся.

Вопрос о пересмотре этноса носителей культуры штрихованной керамики еще не решен, и безапелляционные утверждения, приведенные Л.Д. Поболем в книге и в статье, преждевременны. Идея о возможной принадлежности этой культуры праславянам-венедам (ставанам) - всего лишь рабочая гипотеза, интересная, но далеко не доказанная.

В первой части книги значительное место занимает "ранний этап зарубинецкой культуры" по могильнику Велемичи I, его периодизация "по опыту изучения Чаплина" [1983 с.21-37]. Причем автор вторично обращается к этому памятнику - попытка его хронологического расчленения уже была им предпринята [Поболь 1973 с.34, рис.7]. В рецензии [Каспарова, Мачинский, Щукин 1976], о которой упоминает А.Г. Митрофанов [с.287], подобный метод хронологических построений уже получил отрицательную оценку. Повторное его использование имеет смысл лишь в том случае, если теперь работа выполнена на более высоком профессиональном уровне. Однако этого не сделано. Кстати, замечание А.Г. Митрофанова о некорректном пересмотре периодизации Ю.В.Кухаренко не совсем точное - Л.Д. Поболь не пересматривал, а просто проигнорировал исследования Ю.В. Кухаренко [1961, 1964].

Ведь, чтобы его опровергнуть, надо проделать ту же работу на современном уровне знаний - произвести классификацию керамики, фибул, их корреляцию. Вместо этого снова предлагается периодизация, в основе которой лежит тот же порочный метод. Даже исправление грубых ошибок, указанных в коллективной рецензии [1976], и учет некоторых замечаний не изменили картину в целом. По-прежнему отсутствует разработка типологии керамики и фибул данного могильника, не показана их взаимовстречаемость. А без этого невозможно построить схему его периодизации. Нельзя ограничиться изучением могильника "по типу Чаплина", как считает Л.Д. Поболь.

Поэтому закономерно, что хронологическая классификация погребений, лишенных явных датирующих признаков - фибул (а таковых большинство), осталась необоснованной. Как правило, их датировку предопределило местоположение на могильнике: ранние - в центре, поздние - по окраинам. Под это "правило" подогнаны многие погребения. Также искусственны и границы стадий на планах. Во всем этом легко убедиться, проведя несложные сопоставления. Однако здесь нет возможности углубляться в эти вопросы. Остановлюсь на некоторых других.

Положительной оценки могла бы заслуживать краткая систематизация погребального обряда и характеристика инвентаря. Но есть ли уверенность, что там нет фактических ошибок? Ведь всю книгу пронизывает небрежность к фактам (к "воздуху науки", как позволяет себе писать Л.Д. Поболь [с.2]), неточность информации, декларативность выводов. Не избежал подобной участи и этот раздел. На рис.15,10 не показано наличие золы и угля в заполнении могильной ямы, а это существенно, учитывая, что Ю.В. Кухаренко погребение №22 относит к гото-гепидским, для которых этот признак характерен, а Л.Д. Поболь - к первому этапу зарубинецких. На рис.16,12 горшок реконструирован произвольно; на рис.37,7,8 фибулы изображены без орнамента и прорезей на приемнике [Кухаренко 1961, с.32, рис.17, табл.14,6, 17,12,13].

Некоторые утверждения вызывают, по меньшей мере, недоумение: погребение №129 автор считает "переходным от милоградской к зарубинецкой культуре" [1983 с.25] по сосуду с жемчужным орнаментом, что является признаком ранней милоградской керамики. О каком же переходе идет речь? Трудно всерьез принять мнение о том, что захоронения с булавками принадлежат жрецам [1983 с.27-28], ибо в таком случае жрецы составляли половину погребенных в Воронинском могильнике, а в Чаплине не было ни одного. Непонятно, на что опирался автор, связывая посоховидные булавки с кельтским миром [1983 с.26], где их совсем нет.

Вопрос о дальнейшей судьбе зарубинецкого населения Белоруссии, вопреки утверждениям Л.Д. Поболя, окончательно не решен. Здесь еще много спорного. Переход от раннего этапа к позднему, к памятникам типа Абидня-Тайманова пока рассматривается как гипотеза, нуждающаяся в серьезной разработке. Исследования в этой области ведутся, и для их успешного завершения чрезвычайно нужны полностью изданные материалы Абидни, Тайманова и других памятников позднего этапа, давно раскопанных Л.Д. Поболем. До сих пор имеются лишь выборочные публикации и слабо обоснованные выводы. Для разработки этой проблемы в новой книге Л.Д. Поболь решительно ничего не добавил, кроме поверхностных рассуждений и цифр о количестве памятников. Оно велико - 633, но, кроме нескольких, это пункты с обломками керамики с расчесами или "груболепной I тыс. н.э.". Только по этим признакам большинство из них отнесены к позднезарубинецким. Но даже в определении такой важной, "датирующей категории находок" [1983 с.40] нет четкости. Известно, что расчесы встречаются не только на керамике позднего этапа. И действительно, говоря о кельтских чертах, Л.Д. Поболь приводит сосуд с расчесами из Велемичей и тут же указывает, что керамика такого характера распространена на всех памятниках зарубинецкой культуры, в том числе и позднего этапа. В этой же связи упомянуты сосуды, аналогичные поморским, тоже с расчесами [1983 с.25, рис.15,7, 19,2,8]. Расчесы есть и на керамике типа Брест-Тришин. Об этом у автора [1983 с.106, №138].

После этого трудно согласиться, что только по керамике с расчесами можно диагностировать памятники. Осталось неясным и мнение автора о происхождении этого признака в позднезарубинецких древностях. Всестороннее их рассмотрение особенно необходимо, поскольку эти памятники являются опорными для заключений о непрерывности развития культуры населения Белоруссии от зарубинецкой культуры до древностей пражского типа.

По этой проблеме также вместо анализа препарированного материала преподнесена поверхностная характеристика (по сути дела ограниченная рассуждениями о полуземлянках), и слабые попытки выразить несогласие с противниками своих взглядов. Не буду касаться подробностей, полностью соглашаясь с замечаниями А.Г. Митрофанова, тем более что и по этому поводу Л.Д. Поболь в статье не привел никаких опровержений, кроме безапелляционных высказываний. Весь этот порочный стиль декларирования научных выводов, бестактные упреки в адрес рецензента, неуместные примеры якобы ошибок в монографии последнего, свидетельствуют о беспомощности автора в попытках опровергнуть конкретную критику. До сих пор ни в одной из своих работ Л.Д. Поболь не ответил на серьезные замечания в рецензии на предыдущие книги [Каспарова, Мачинский, Щукин 1976], не привел аргументы в защиту своих положений, в том числе по хронологии зарубинецкой культуры и ее этапов, по этногенетическим построениям, подвергнутым критике. За это время появились новые исследования как по Чаплину, так и по полесским могильникам. Их игнорирование не усиливает позиций Л.Д. Поболя.

Безусловно, нельзя не согласиться с А.Г. Митрофановым, что первая часть работы научной ценности не имеет. Все сделанные (как и "оставшиеся за кадром") замечания по книге в целом подтверждают, что использовать ее как справочное издание небезопасно: слишком велико недоверие к помещаемой там информации.

Публикация статьи Л.Д. Поболя, по моему мнению, нецелесообразна - она не представляет никакого интереса и не опровергает рецензию на его книгу.

Библиография

Алексеев Л.В. 1955. Полевой отчет за 1955 г. Научный архив ИИ АН БССР. Алексеев Л.В. 1959. Археологические памятники эпохи железа в среднем течении Западной Двины. // Труды Прибалтийской экспедиции. М. 1959. - Т.1.

Ганжын А. 1927. Мястэчка Чачэрск Гомельскай акругi. // Наш край. - 1927. - №1(16).

Глаценак В. 1930. Некоторыя з помнiкаў Асвейскага раена. // Наш край. - 1930. - №3(54).

Гуревич Ф.Д. 1958. О длинных и удлинненных курганах в Западной Белоруссии. // КСИИМК. - 1958. - Вып.72.

Древности железного века в междуречье Десны и Днепра. - САИ. - Вып.ДI-12. Отв. ред. Б.А. Рыбаков. - М. 1962.

Дучиц Л.В. 1982. Археологические памятники северо-запада Полоцкого княжества. Автореф. канд. дисс. Вильнюс 1982.

Дучиц Л.В. 1977. Полевой отчет за 1977 г. Архив ИИ АН БССР.

Дучиц Л.В. 1981. Полевой отчет за 1981 г. Архив ИИ АН БССР.

Дучиц Л.В. 1982а. Курганная группа у дер. Кублищино.

Егорейченко А.А. 1979. Полевой отчет за 1979 г. Архив ИИ АН БССР.

Егорейченко А.А. 1982. Поселения Белорусского Полесья в раннем железном веке (VI в. до н.э. - II в.н.э.). Автореф. канд. дисс. М. 1982.

Каспарова К.В., Мачинский Д.А., Щукин М.Б. 1976. [рец.] Л.Д. Поболь. Славянские древности Белоруссии. Минск, 1971, 1973, 1974. // СА. - 1976. - №4.

Кухаренко Ю.В. 1961 Памятники железного века на территории Полесья. САИ. - Вып.ДI-29. М. 1961.

Кухаренко Ю.В. 1964. Зарубинецкая культура. САИ. Вып.ДI-19. М. 1964.

Лявданский А.Н., Коваленя Д.В. 1936. Материалы по обследованию р. Сож в 1936 г.: Дневник. - Архив отдела археологии ИИ АН БССР.

Мельниковская О.Н. 1967. Племена Южной Белоруссии в раннем железном веке. М. 1967.

Митрофанов А.Г. 1967. Полевой отчет за 1967г. Научный архив ИИ АН БССР.

Митрофанов А.Г. 1971а. Полевой отчет за 1971 г. Архив ИИ АН БССР.

Митрофанов А.Г. 1978. Железный век средней Белоруссии. Минск, 1978.

Описание церквей и приходов Минской епархии. Приложение к Минским епархиальным ведомостям за 1879 г. Минск, 1879.

Опросный лист Наркомпроса БССР.-1924.-Архив ИИ АН БССР.

Отчет Археологической комиссии за 1903 г. СПб. 1904.

Палiкарпович К.М. 1928. Дагiстарычныя стаянкi Сярэдняга i Нiжняга Сажа (матэрыялы абследавання 1927 г. // Працы. - 1928. - Т.I.

Поболь Л.Д. 1973. Славянские древности Белоруссии. Минск, 1973.

Поболь Л.Д. 1974. Славянские древности Белоруссии (Свод археологических памятников раннего этапа зарубинецкой культуры - с середины III в. до н.э. по начало II в.н.э.). Минск, 1974.

Поболь Л.Д. 1983. Археологические памятники Белоруссии. Железный век. Минск, 1983.

Покровский Ф.В. 1893. Археологические экскурсии по Виленской губернии. Вильна, 1893.

Покровский Ф.В. 1895. Курганы на границе современной Литвы и Белоруссии. // Труды IX Археологического съезда.- 1895. - Т.I.

Покровский Ф.В. 1899. Археологическая карта Ковенской губернии. // Труды Х Археологического съезда. - Т.3. - 1899.

романов Е.Р. 1908. Старина доисторическая Северо-Западного края. Вильна, 1908.

романов Е.Р. 1910. Археологический очерк Гомельского уезда. // Записки Северо-западного отделения Русского географического общества. Вильна, 1910. - Кн.1.

Сапунов А. 1893. Река Западная Двина. Витебск, 1893.

Сапунов А., Друцкий-Любецкий В. 1896. Материалы по истории и географии Дисненского и Вилейского уездов Виленской губернии. Витебск, 1896.

Сведения 1873 г. о городищах и курганах. Могилевская губерния. // ИАК. - 1903. - Вып.5.

Семенов В.П. 1905. Россия: Верхнее Поднепровье и Белоруссия. Спб. 1905. - Т.9.

Штыхов Г.В. 1967. Полевой отчет за 1967 г. Научный архив ИИ АН БССР.

Штыхов Г.В. 1971. Археологическая карта Белоруссии. Минск, 1971. - Вып.2.

Balinski M., Lipinski T. 1850. Starozytna Polska pod wzgedem historycznym, geograficznym i statystycznym. Warszawa, 1850. - T.III; 1886. - T.IV.

Hołubowiczowie H. i W. 1940. Wykopaliska na Wilelenszczyznie w latach 1938 i 1939. Wilno, 1940.

Slownik Geograficzny Krolewstwa Polskiego i innych krajow slowianskich. T.I - XII. 1880-1892.

В начало страницы



По вопросам, связанным с размещением информации на сайте, обращайтесь по адресу: info@archaeology.ru
Все тексты статей и монографий, опубликованные на сайте, присланы их авторами или получены в Сети в открытом доступе.
Если владельцы авторских прав на некоторые из текстов будут возражать против их нахождения на сайте, я готов удалить их
Коммерческое использование опубликованных материалов возможно только с разрешения владельцев авторских прав
При использовании материалов, опубликованных на сайте, ссылка обязательна
© К.В. Каспарова 2001 (текст), В.Е. Еременко (оформление), 2002
Оптимизировано для Internet Explorer 1280х1024 Страница обновлена 12.03.13