Археология.РУ   Открытая библиотека

Главная страница   |   Карта сайта

Археология.РУ - Новости археологии вКонтакте

Поиск на сайте:    

Сайту Археология.РУ - 14 лет: максимум информации - минимум излишеств! Сказать "Спасибо"

Присылайте пожалуйста свои материалы для публикации на мэйл info@archaeology.ru

К.В. Каспарова. Отзыв на диссертацию В.Е. Еременко

К.В. Каспарова. Отзыв на диссертацию В.Е. Еременко "Процесс латенизации археологических общностей позднего предримского времени Восточной Европы
и сложение зарубинецкой культуры", представленную к защите на соискание ученой степени к.и.н. // Stratum plus. Культурная Антропология. Археология.
№4 - 2000. (Время великих миграций). СПб - Кишинев - Одесса - Бухарест, 2001.

Вы находитесь: Археология.PУ => Железный век => Публикации on-line
Или: Археология.PУ => Археологические культуры => Зарубинецкая


Зарубинецкая культура давно привлекает внимание ученых в связи с изучением этногенеза славян, в котором роль ее спорна. Исследованию культуры в разных аспектах посвящено немало работ. О происхождении культуры существует несколько гипотез, в том числе и рассматриваемая в защищаемой работе. Признается и зависимость формирования культуры от общеевропейских процессов латенизации, но о его сущности мнения противоречивы. Вопросы эти изучены недостаточно и неравноценно. А между тем в отечественной науке господствует концепция автохтонного происхождения зарубинецкой культуры с признанием незначительного участия пришлого компонента и лишь кельтским воздействием объясняется ее латенизированный облик.

Поэтому очень актуально появление специальной работы, где последовательно рассмотрены процессы латенизации и, как один из них - сложение зарубинецкой культуры. В этом и новизна защищаемой диссертации. Круг вопросов, поднятых в ней, обширен: они охватывают период от IV до I вв. до н.э. на землях от Эльбы до Днепра и от Южного Причерноморья до Верхнего Днепра. Не все положения диссертанта оригинальны, но многие он обстоятельно и убедительно развивает, предлагает свои решения и гипотезы. Автор сам отмечает их дискуссионность, и это определяет еще одну сторону новизны в работе, но естественно, открывает и широкое поле для критики. Такая большая работа сложна для краткого отзыва, и я позволю себе не рассматривать все ее достоинства - они видны невооруженным глазом, а остановлюсь на разборе и критике тех разделов, которые, по-моему, того заслуживают.

Несколько общих замечаний. Структура работы отличается строгой логичностью и соответствует поставленным задачам; аспекты изучения процессов латенизации и сложение зарубинецкой культуры выбраны удачно и четко сформулированы. Четыре раздела диссертации написаны в соавторстве, их следовало бы представить в более сжатом виде; работа от этого не потеряет свою целостность. Это разделы об исторической экспансии кельтов, в соответствие с хронологией эпохи латена, и хронология памятников Закарпатья (последние не столь важны для основной темы, ибо уже давно ясно, что не они послужили базой для распространения процесса латенизации). Тем более вышла уже и работа М. Б. Щукина [Shchukin 1989], где рассмотрены вопросы хронологии латена. Множество ссылок к этим разделам не всегда оправданно увеличивают и без того огромный список литературы. Сокращен мог быть и раздел о корреляционном методе П. Райнеке - в принципе это азбука хронологических разработок, достаточно было бы некоторых дополнений диссертанта.

В первом разделе необходимо отметить интересную гипотезу диссертанта о возможности уточнения спорной даты начала ступени латена С1, и она согласуется с новыми данными по хронологии эпохи латена. Однако, для Восточной Кельтики и зарубинецкой культуры предлагаемые даты С1b (225/190 гг. до н.э.), я думаю, занижены. Если запаздывание появления фибул в Карпатской Котловине по отношению к Италии признается диссертантом возможным, то почему не может быть аналогичная ситуация по отношению к зарубинецкой территории? Единичные ранние типы попали туда на исходе их моды в латенских культурах, возможно, в период непосредственно связанный с походами бастарнов 179-168 гг., т.е. близки дате фибул зарубинецкого типа. Не убеждает и синхронизация ранних лукашевских погребений с фибулами варианта В и поселений с амфорными клеймами 200-180 гг. до н.э. В следующем разделе на основании анализа ранних импортов в Гетике и Скифии, в античных городах автор приходит к важному выводу: их основная часть не относится к периоду, непосредственно предшествующему формированию латенизированных культур, их незначительное попадание в Поднестровье и Поднепровье не могло явиться причиной начала латенизации местных культур.

Рассматривая аргументы сторонников местного происхождения зарубинецкой и поянештской культур, В. Е. Еременко отвергает их методы сопоставления культур новых и предшествующих, но в противовес не дает более серьезные разработки, его аргументы держатся на хронологии импортов. Это важно, но лакуна между культурами выглядит обоснованной, если только совсем не брать в расчет культурно-типологическое сходство их основных элементов. Так ли это бесспорно? На всех материалах поселений исследуемых культур присутствует керамика, которую действительно нельзя связать ни с какой другой, кроме скифской, поморской или гетской: горшки с раздутым туловом и ямочками по венчику, "поморские" типы с орнаментом "шахматными" защипами, фрагменты клошей, имитация черепками каменного ящика в погребениях, сосуды-приставки и др. Этого нет ни в кельтской, ни в ясторфской культурах. Думаю, что мнение Т. Домбровской о доживании поморского населения до конца III и начала II вв. до н.э. относится и к нашей территории: местный субстрат нельзя совсем исключить ни в Поднестровье, ни в Поднепровье. Рассматривая ряд памятников Поднепровья и опираясь на свод Н.М. Онайко, диссертант почему-то некоторые пропустил, не оговаривая, хотя они датированы III-II вв. (с. 71,73,190, ср. [Онайко, 1970, №№595,596,603,720 и др.]).

Несмотря на необходимость ряда уточнений в этой проблеме, автор безусловно прав: ни зарубинецкая, ни другие латенизированные культуры не образовались путем прямой эволюции местных. Существенным вкладом диссертанта в хронологические разработки изучаемого периода является синхронизация фаз позднего предримского времени и ступеней Латена с учетом новых данных. Он корректирует схему Р. Хахманна на его же исходном материале, без включения новых разработок по ясторфским регионам, что и не требуется для данной темы. Однако, хотелось бы в итоговую таблицу ввести периодизацию поянештских памятников, а зарубинецкие не ограничивать Полесьем, представленным, кстати, бедно и неточно. Неясно, почему в могильнике каммер не учтены важные для хронологии ранние фибулы позднелатенской схемы.

Вопросы, связанные с процессом латенизации в разных ее проявлениях, исследуются западными учеными (З. Возьняк. К. Годловский, Р. Волонгевич, Н. Венцлова и др.), в диссертации это можно было отразить полнее. В нашей же литературе специально они не рассматривались, а такой раздел в диссертации очень важен. Здесь рассмотрена зона кельтско-ясторфского пограничья, где начался процесс латенизации местных культур еще в Латене В2b, анализирован один из окраинных ясторфских могильников - Любошице, внесены коррективы в его периодизацию. Попутно замечу, что в корреляционные таблицы вкрались неточности: например, в погребении 45 отсутствует фибула варианта А; в погребении 139 не учтена миска [Domanski 1975, табл. VII,с; XV,е]: в результате погребение 45 попало не в I фазу, а в III.

Проведенный в следующем разделе хронологический анализ трех могильников поянештской культуры подтверждает связь их происхождения с ясторфской периферией. Основные положения диссертанта убедительны и соответсвуют концепции М. Бабеша, развернутой в последних статьях. В защищаемой работе их не следовало бы игнорировать, это только усилило бы позиции диссертанта. Не буду утомлять уважаемых членов Ученого Совета перечислением конкретных замечаний (они переданы диссертанту), отмечу только, что некорректность в корреляционных таблицах указывает на своего рода нечистый эксперимент, и портит хорошую работу. Кроме того, здесь мне спорной представляется синхронизация фаз могильников, исходя из данных самого диссертанта: фибулы варианта В диагностируют 3 фазу в Поянешти, 2 - в Лукашевке и 1 - в Долинянах, но на синхронизационной таблице фаза 1 Долинян совмещена с фазой 3 Лукашевки, хотя вариант В более характерен для Латена С2, а не D2. Эта синхронизация неверна уже потому, что в Долинянах есть поясные крючки, соответствующие 2 фазе Поянешти.

В IV главе диссертант рассматривает аргументы, позволяющие синхронизировать ранние зарубинецкие и поянештские комплексы с Латеном С1b, т.е. С 225-190 гг. Для этого необходимо доказать существование в культуре начальной фазы, не связанной с балканскими походами бастарнов, т.е. до 179-168 гг. Лишь после них в зарубинецкой культуре появились характерные фибулы и она полностью сложилась. Эта задача решается исследованием двух могильников - Воронино и Корчеватое. Первый исследован при помощи кластерного метода и раздельной корреляции мужских и женских погребений, выделенных по археологическим признакам. Последнее мне представляется положительным, хотя и спорным. Но не могу согласиться с некоторыми выводами. Остановлюсь на одном моменте. При рассмотрении хронологии фибул было определено, что расчлененные появляются раньше, чем вариант В, но в Воронино обратная последовательность, которую автор объясняет переживанием этих форм и тем, что иначе "нарушится вся корреляционная последовательность". Здесь ситуация сомнительна, т.к. эта фибула расчлененно- зарубинецкого типа, т.е. одна из тех, которые могли появиться после балканских походов, по мысли автора во II фазе, и этим как бы предопределено ее место. Построение всего хронологического ряда неубедительно при сопоставлении с другими могильниками Полесья, а Воронино - наименее репрезентативный. Тем более неубедительна такая фаза в Корчеватовском могильнике. Здесь нет ни кластерной, ни обычной типологии керамики. Неясно, к примеру, отличие горшков ХИ-6 и 8, попавших в разные фазы, отнесение миски ХИ-13 к фазе 3 и др. Вместо Корчеватого уместнее было бы рассмотреть Пироговский могильник. Я думаю, что на материалах здесь использованных доказать наличие "добалканской" фазы и удревнение даты до 225-190 гг. не удается. Удревнение вообще вполне допустимо, но не обязательно связывать первые зарубинецкие погребения с первыми упоминаниями о бастарнах.

Интересные и новые результаты дала разработка В.Е. Еременко материалов могильника Чаплин. В них прослеживаются связи с ясторфской культурой (в т.ч. Ютландии), с оксывской, с позднескифскими памятниками. "Столь странный симбиоз культурных компонентов" диссертант объясняет известной по письменным источникам легендой о переселении кимвров-кельтоскифов, живущих в окрестностях Меотиды. Гипотеза действительно объясняет много неясного прежде в своеобразии верхнеднепровского варианта зарубинецкой культуры. По В.Е. Еременко, могильник возник около 150-120 г.г., после походов бастарнов: здесь не выделена фаза, синхронная Воронино и Корчеватому, и фибулы варианта В в хронологическом ряду не стоят раньше зарубинецкого типа, как в Воронино. Хотя погр.142 с фибулой, близкой варианту А, по логике предыдущих хронологических рассуждений, должно бы соответствовать фазе С1b, также как и погребения с фибулами I/II вариантов зарубинецких, которые в Полесье сочетаются с дериватом расчлененной. Эти несоответствия неубедительно трактуются, или не замечены автором, увлеченным интересной гипотезой. Думаю, диссертант прав, предложив свою типологию позднелатенских фибул из Чаплина и связав происхождение слабопрогнутых с рейнско-дунайскими землями, а прогнутых - с пшеворской и оксывской культурами.

Этой главой по сути дела исследование можно было завершить. Но В.Е. Еременко останавливается еще на некоторых вопросах, дополняет работу интересными наблюдениями и выводами, с большинством которых нельзя не согласиться.

В Заключении резюмированы результаты этого большого, сложного и интересного исследования, четко сформулированы выводы. Несмотря на их дискуссионность и излишнюю порой категоричность, для меня они в основном убедительны, но я пристрастна, так как сама придерживаюсь почти таких же взглядов. Необходимо отметить бесспорную ценность приложений - каталогов памятников и альбома иллюстраций, которые являются крайне важным разделом работы, характеризующим ее высокий профессиональный уровень.

Защищаемая работа является полноценным научным исследованием, несомненным вкладом в науку. Диссертант успешно справился с поставленными сложными задачами, но явно хотел объять необъятное, в результате чего возникли неточности, замечания, которые ни в коей мере не снижают значимости исследования. Она соответствует требованиям, предъявляемым к диссертациям, а автореферат - содержанию работы; основные ее положения опубликованы. Диссертант безусловно заслуживает присуждения ученой степени кандидата исторических наук.

Библиография

Онайко Н.А. 1970. Античный импорт в Приднепровье и Побужье в IV-II вв. до н.э. САИ ДI-27. М. 1970.

Domański G. 1975. Studia z dziejów środkowego Nadodrza w III-I wieku p.n.e. Wrocław, 1975.

Shchukin M.B. 1989. Rome and the Barbarians in Central and Eastern Europe 1st century B.C. - 1st century A.D. // BAR. - International Series. №542. TT.1-2. 1989.

В начало страницы



По вопросам, связанным с размещением информации на сайте, обращайтесь по адресу: info@archaeology.ru
Все тексты статей и монографий, опубликованные на сайте, присланы их авторами или получены в Сети в открытом доступе.
Если владельцы авторских прав на некоторые из текстов будут возражать против их нахождения на сайте, я готов удалить их
Коммерческое использование опубликованных материалов возможно только с разрешения владельцев авторских прав
При использовании материалов, опубликованных на сайте, ссылка обязательна
© К.В. Каспарова 2001 (текст), В.Е. Еременко (оформление), 2002
Оптимизировано для Internet Explorer 1280х1024 Страница обновлена 12.03.13